А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я [A-Z] [0-9]
 
     
 

Агнон Шмуэль Йосеф - скачать бесплатно все книги автора

 

 

Книги 1—17 из 17.

  • Во цвете лет
  • Жанр: Классическая проза
  • Повесть «Во цвете лет» — Агнонова «Лолита», или точнее анти-Лолита. Рассказ ведется от лица девушки, а не ее поклонника. Она сама выбирает себе взрослого кавалера — вопреки установкам общества. Агнон выбрал форму не дневника, но мемуара — героиня по имени Тирца вспоминает и рассказывает о том, что произошло с ней за несколько последних лет, с тех пор, как умерла ее мать. Действие происходит в конце прошлого — начале нашего века, в австро-венгерской Галиции, в еврейском городке. Тирца ведет свой рассказ не на разговорном еврейском (идиш), но на иврите, которому ее учили учителя, то есть на книжном иврите Библии и славословий. Живого иврита в те времена не было, отсюда архаичность и псевдобиблейский стиль повествования: рассказчица просто не знает другого письменного языка. Его языковым эквивалентом были бы французские дневники образованных русских барышень конца XVIII века или латинские записи европейских девушек. Язык этой повести Агнона резко отличается от языка прочих его произведений. Она написана на «женском иврите». В то время как мужчины учили Талмуд и другие религиозные произведения, написанные по-арамейски, женщины обходились Библией с ее иной лексикой. (Так, в Японии времен Мурасаки Сикибу мужчины писали по-китайски, а женщины — по-японски.).Начало повести написано белыми стихами и в первом издании печаталось как стихи, а не сплошным текстом.

  • Вчера-позавчера
  • Жанр: Классическая проза
  • Роман «Вчера-позавчера» (1945) стал последним большим произведением, опубликованным при жизни его автора — крупнейшего представителя новейшей еврейской литературы на иврите, лауреата Нобелевской премии Шмуэля-Йосефа Агнона (1888-1970). Действие романа происходит в Палестине в дни второй алии. В центре повествования один из первопоселенцев на земле Израиля, который решает возвратиться в среду религиозных евреев, знакомую ему с детства. Сложные ситуации и переплетающиеся мотивы романа, затронутые в нем моральные проблемы, цельность и внутренний ритм повествования делают «Вчера-позавчера» вершиной еврейской литературы.


  • Женщина и нечистая сила
  • Жанр: Современная проза
  • Израильский писатель Шмуэл-Йосеф Агнон (1888–1970), уроженец Бучача, происходил из семьи галицийских евреев, которую можно было назвать необычной: отец его, рабби Шолом-Мордехай Чачкес, был хасидом и регулярно ездил к цадику, а дед по матери, рабби Иеуда а-коэн Фарб, был записным миснагедом. Тем не менее в доме царили мир и согласие, гармония религиозной традиции была слегка приправлена маскилской культурой на иврите. В отличие от большинства еврейских писателей первой половины ХХ века, Агнон на всю жизнь сохранил любовную благодарность родительскому дому, где царили набожность, Б-гобоязненность и приверженность учению. Его творчество во многом обязано хасидским книгам и преданиям о цадиках. Мастер антологий, Агнон не ленился переписывать старые книги, иногда почти ничего не меняя, а иногда перелагая прочтенное своим неторопливым ладом в расчете на то, что читатель полностью окажется под влиянием преданий еврейской старины. При всем различии в культуре и эпохе, уместно сопоставить романтическую сказку во взрослом чтении немцев и французов на рубеже XVIII–XIX веков с литературным переложением хасидской агиографии в книгах Агнона.Все поименованные персонажи публикуемого ниже рассказа реальны. Рабби Авроом-Яаков (Аврум-Екуню) был цадиком в Садагоре около тридцати лет, скончался в 1883 году, а мистический старец – Исроэл Баал-Шем-Тов – великий кабалист и чудотворец, основатель хасидизма, умер в 1760 году.

  • Жила-была козочка
  • Жанр: Современная проза
  • "Жила-была козочка" - одна из агадических историй, которые Агнон приписывает польским евреям, своим предкам. Коза - не просто одно из "чистых" животных, кормивших евреев с незапамятных времен и служивших для жертвоприношений, когда они еще совершались. Козы, как известно, любят разбредаться далеко и пасутся, где вздумается. А про коз, пасущихся в Стране Израилевой, сказано в Талмуде, что "едят они сочащийся медом инжир, а у самих сочится на землю молоко". Так коза связала диаспору и "текущую молоком и медом" Страну Израилеву: козы у евреев имелись, а Земля стала мечтой. И в идишских колыбельных песнях мама пела ребенку: "Спи, мой родненький, спи. Вот придет белый козленочек - принесет тебе миндаля и изюму". Миндаль и изюм - плоды Земли Израилевой - были редкостным лакомством для детей из местечка.Агнон рассказал свою сказку взрослым, живущим в век преклонения перед наукой. Ведь и сейчас многие убеждены, что еще немного - и все тайны вселенной откроются. Верующий человек Агнон не стал беседовать с читателем ни об ограниченности научного знания, ни о Боге и Его Откровениях, непостижных самому изощренному уму. Агнон просто "вспомнил" народную побасенку о козочке и пересказал ее так, что читателю, размышляющему о границах человеческого разума станет ясно: мы не более владеем законами причинно-следственных связей в этом мире, чем старик и его смышленный сын.Еврейская традиция велит учиться и в то же время ограждает от чрезмерного любопытства: "Повествование о Сотворении мира начинается с буквы бет, по начертанию открытой только с одной стороны. Этим пре-дуказано, что только рассказ, изливающийся из отверстой части буквы бет, доступен человеческой пытливости и разумению" (Берейшит-рабба, 1).Может быть, вместо того, чтобы любопытствовать о прогулках козы, следовало старику возблагодарить Создателя за целебное молоко и озаботиться смыслом Торы, дабы не пришлось повторить вслед за праотцем Иаковом: "Хищный зверь съел его!"Но может быть, именно недальновидность родителей эпохи Просвещения помогла их жаждущим Откровения детям попасть в Землю Обетованную. И похоже, что даже благодарный смиренный еврей должен иногда привязать веревку к хвосту козы и отправиться вслед за нею.

  • Иной облик
  • Жанр: Новелла
  • Она была одета в коричневое платье, и ее карие глаза, излучавшие тепло, были влажны. Когда, сжимая в руке гет — письмо о разводе, она вышла из здания суда, ее поджидали двое — светловолосый Свирш и доктор Танцер, молодые люди, попавшие в ее окружение уже в первый год ее замужества. В глазах их читалась радость. Этот прекрасный миг — ведь Тони Гартман распрощалась с мужем — им и во сне не снился. Радостные, оба они устремились к ней, чтобы пожать ей руку. Затем Свирш, завладев зонтиком Тони и повесив его ей на пояс, взял разом обе ее руки и потряс их с подчеркнутой симпатией. А после него взял ее руки Танцер — в свои большие и холодные ладони. При этом он глядел на нее ледяным подстерегающим взглядом сластолюбца, опасающегося, как бы предмет вожделения не ускользнул от него. Тони высвободила свои усталые руки из их рук и подняла глаза.

  • Кипарисы в сезон листопада
  • Жанр: Классическая проза
  • В этот сборник израильской новеллы вошли восемь рассказов — по одному на каждого автора, — написанных на иврите на протяжении двадцатого века и позволяющих в какой-то мере (разумеется, далеко не полной) проследить развитие современной израильской литературы. Имена некоторых из представленных здесь авторов уже известны российскому читателю, с другими ему предстоит познакомиться впервые.Если кто-то из ваших друзей решит познакомиться с израильской литературой, можете смело рекомендовать ему новую книгу издательства «Текст» из серии «Проза еврейской жизни» под названием «Кипарисы в сезон листопада» (2006). Впрочем, и для тех, кто уже знаком с ивритской литературой в русских переводах, эта книга, уверен, окажется не лишней. Она небольшого формата и, стало быть, удобно помещается в сумке. Редко отыщешь книгу, где бы на такой небольшой объем текста приходилось столько печального смысла. Грустные истории. Да что ж поделаешь, если и жизнь евреев в прошлом веке была не слишком веселой! «Кипарисы в сезон листопада» — сборник рассказов израильских писателей преимущественно старшего поколения, иные из которых начали свой творческий путь еще до создания государства Израиль. Интересно, что все они выходцы из бывшей Российской империи (или, если угодно, СССР) и Польши. Составитель и переводчик — замечательный израильский писатель Светлана Шенбрунн, известная внимательному российскому читателю по роману «Розы и хризантемы» (изд-во «Текст», 2000) и тогда же выдвинутому на Букеровскую премию. Шенбрунн удалось собрать не просто замечательные новеллы, но и показательные что ли, маркирующие различные стили и направления ушедшего XX века. «В завершившемся столетии, — пишет известный российский гебраист Александр Крюков, — новая литература на иврите овладела, а также в той или иной форме и степени впитала практически весь спектр литературно-художественных жанров, стилей и приемов классической русской и других лучших литератур мира. На протяжении веков она остается открытой всем идеям иных культур». Имена, представленные в сборнике, принадлежат первому ряду израильской литературы на иврите. Но в России не все они известны так хорошо, как, например, нобелевский лауреат Шмуэль Йосеф Агнон, чей рассказ «Фернхайм» открывает книгу. К сожалению, мало печатали у нас Двору Барон, «едва ли не первую женщину, которая стала писать на иврите». Будучи дочерью раввина, она прекрасно знала о трагической судьбе женщин, отвергнутых мужьями и, в соответствии с галахическими предписаниями, безжалостно исторгнутыми не только из мужнина сердца, но и из мужнина дома. Этой непростой теме посвящен рассказ «Развод», который следовало бы отнести к редкому жанру документально-психологической прозы. Практически все новеллы сборника преисполнены подлинным трагизмом — не ситуационными неурядицами, а глубокой метафизической трагедийностью бытия. Это неудивительно, когда речь идет о страшных последствиях Катастрофы, растянувшихся на весь истекший век, как в рассказе Аарона Апельфельда «На обочине нашего города». Но вселенская печаль, кажется, почти материально, зримо и грубо присутствует в рассказах Ицхака Орена «Фукусю» и Гершона Шофмана «В осаде и в неволе», повествующих о событиях между двумя мировыми войнами — первый в Китае, второй в Вене. И не случайно название книги повторяет заглавие рассказа Шамая Голана «Кипарисы в сезон листопада», посвященного старому кибуцнику Бахраву, одному из «халуцим», пионеров освоения Эрец Исраэль, теперь выпавшему из жизни, оказавшемуся лишним и в семье, и в родном кибуце, а стало быть, и в стране, которой он отдал себя без остатка. При ярком национальном колорите история эта общечеловеческая, с назойливым постоянством повторяющаяся во все времена и у всех народов. Уверен, многие читатели порадуются нежданной встрече с Шамаем Голаном, чьи романы и новеллы выходили в Москве еще в 90-е годы, когда массовые тиражи ивритских писателей в переводах на русский язык казались смелой мечтой. Книга рассказов писателей Израиля собрана с величайшим вкусом и тактом: несмотря на разнообразие повествовательной стилистики авторов, все новеллы тщательно подобраны в мрачноватой гамме трагического лиризма. Сборник в значительной мере представляет собой итог ивритской новеллистики, какой мы застаем ее к началу 90-х годов XX века до активного вхождения в литературу нового постмодернистского поколения молодой израильской прозы.

  • Молитвенник моего детства
  • Жанр: Новелла
  • Новый молитвенник отец привез мне с ярмарки. Страницы белые, буквы радуют глаз, переплет восхитительный. Братья мои и друзья мои, семя святое, любимые мои, это — мой молитвенник! Весь день я не расставался с ним, листал его и листал. Сколько молитв нанизано здесь, в таком маленьком молитвеннике, — субботние и будничные, молитвы новомесячья и Трех восхождений, молитвы Начала года и Дня искупления, ханукальные молитвы и молитвы Пурим. Пресвятой, благословен Он, уместил в моем молитвеннике все дни года.

  • О Мартине Бубере
  • Жанр: Биографии и Мемуары
  • Израильский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе Шмуэль Йосеф Агнон (1888, Бучач, Восточная Галиция – 1970, Израиль) познакомился с Мартином Бубером в Германии, куда в 1913 году приехал из Страны Израиля учиться и завоевывать свое место на литературном небосклоне. Еще раньше, в Стране Израиля определились литературные интересы Агнона как современного автора, обильно черпающего из сокровищницы еврейских религиозных книг, в том числе хасидских. Как известно, дед Бубера, Шломо Бубер (1827-1906), религиозный еврей и ученый, занимавшийся текстологией мидраша, тоже был родом из Восточной Галиции, а в зрелом возрасте проживал в Лемберге (Львове). Увлеченность хасидизмом и сходные биографические истоки – Мартин Бубер в детстве подолгу живал у деда – сблизили Агнона и Бубера, и после Первой мировой войны они вместе работали над книгой хасидских историй под условным названием Corpus Hassidicum, рукопись которой сгорела в июне 1924 года, когда в доме Агнона вспыхнул пожар. В том же году Агнон переехал в Страну Израиля, тогда как Бубер прибыл туда лишь в 1938 году. Оба они жили в Иерусалиме, но если Бубер уверенно шел по академическому пути и стал профессором в Еврейском университете в Иерусалиме, то Агнон к тому времени сделался одним из ведущих еврейских прозаиков. Несмотря на различие поприщ и взглядов на многие вопросы современной им истории еврейского народа, эти двое великих пристально следили за деятельностью друг друга и участвовали в обоюдных юбилейных чествованиях. Предлагаемые ниже три выступления Агнона в печати посвящены Мартину Буберу в разные периоды его жизни, а итог им подводят мемуарные заметки писателя. Все эти материалы, написанные на иврите, публикуются на русском языке впервые.


  • Помета
  • Жанр: Рассказ
  • Первая версия рассказа "Помета" ("הסימן") была опубликована в 1944 году. Известен перевод ее на русский, сделанный Н.Файнгольдом. Данная, намного расширенная версия - вторая, появившаяcя в сборнике рассказов Агнона "Огонь и Деревья" ("הָאֵשׁ וְהָעֵצִים", Берешит 22:7) в 1962 году. Рассказ написан в форме монолога и помещен в сборник вместе с другим рассказом-монологом –"Этрог" - в части "Им ацми" ("С собой").

  • Простая история
  • Жанр: Неотсортированное
  • Автор «Простой истории» нередко заставляет нас смеяться, последним же смеется он сам, смеется над тем, как ловко он нас провел. В своей «Простой истории» он зачастую как бы посмеивается над изображаемыми в ней персонажами, посмеиваясь одновременно и над нами. «Вы, мои читатели, — кажется, говорит он, — считаете людей, о которых я пишу, комичными. Но уверены ли вы, что сами не попадаете впросак?» Нам приходится подходить к героям его книг с мерками ХХ века, а они, возможно, столь же нелепы и смешны, а может быть, еще более нелепы, чем сами герои. Несомненно, Агнон — великий мастер дурачить, но не всегда ясно, кто остается в дураках.

  • Рассказы
  • Жанр: Современная проза
  • Множественные миры и необъятные времена, в которых таятся неизбывные страдания и неиссякаемая радость, — это пространство и время его новелл и романов. Единым целым предстают перед читателем история и современность, мгновение и вечность, земное и небесное. Агнон соединяет несоединимое — ортодоксальное еврейство и Европу, Берлин с Бучачем и Иерусалимом, средневековую экзегетику с модернистской новеллой, но описываемый им мир лишен внутренней гармонии. Но хотя человеческое одиночество бесконечно, жива и надежда на грядущее восстановление целостности разбитого мира.

  • Теила
  • Жанр: Новелла
  • Была в Иерусалиме старушка. Чудесная старушка, никогда такой не видел. Умная, справедливая, скромная удивительно, симпатичная необыкновенно. Глаза внимательно светятся, а морщинки на лице такие мирные, светлые. Если бы женщины могли походить на ангелов, я сравнил бы ее с ангелом Божьим. И еще у нее была девичья живость. Не носи она старушечьи платья, вы бы в ней не увидели старости.

  • Эдо и Эйнам
  • Жанр: Современная проза
  • Одна из самых замечательных повестей Агнона, написанная им в зрелые годы (в 1948 г.), обычно считается «закодированной», «зашифрованной» и трудной для понимания. Эта повесть показывает нашему читателю другое лицо Агнона, как замечал критик (Г. Вайс): «Есть два Агнона: Агнон романа „Сретенье невесты“, повестей „Во цвете лет“ и „В сердцевине морей“, а есть совсем другой Агнон: Агнон повести „Эдо и эйнам“».

  • Этрог
  • Жанр: Новелла
  • Плод из семейства цитрусовых. У этрога из всех цитрусовых самые крупные плоды, их длина может составлять 15-30 см. В диаметре плоды достигают 25 см. Они желтого цвета, как лимоны, с толстой кожурой и небольшим содержанием мякоти.