Напрасно Димон затеял бессмысленную гонку с крутыми пацанами из "лексуса". Разве не с этого момента все пошло наперекосяк в жизни четырех друзей? Пожалуй, нет... По большому счету это произошло гораздо раньше, когда все они встали на путь криминала! Жизнь так устроена, что всегда найдется кто-то, кто круче тебя. Поэтому каждому крутому парню время от времени приходится доказывать, что ему еще не пришло время умирать... Вот только способы могут быть разными...
Он – тот, кто должен сыграть до конца фугу для двух клинков, двух миров и одного магистра, и тогда рухнет заклятие Аримана, закольцевавшее два мира… Он – тот, кто однажды заснул – и очнулся ото сна уже в Разделенном мире. В мире, где он обладает Мечом Поющим и Кинжалом Молчащим. В мире, где, как нигде более, сильна власть колдовства. Так начинается его путь. Путь ученика… Но чем же продолжится путь Ученика? Попыткой спасти похищенного ребенка в мире нашем, земном? Или – попыткой отыскать исчезнувшего сына в странном мире Многоличья, где обитатели изменяют свой облик согласно таинственным магическим законам? Две миссии сплетены в одну. Два мира переплелись в единую дорогу – ту, где говорят камни и духи, горят храмы и летят драконы. Две миссии. Два подвига. Один жестокий, могущественный враг. Так, в крови и опасности, становится ученик магом.
— Поездка была чудесной, но мне не терпится поскорей вернуться к делам и вступить в бой. Там, — махнул он рукой в сторону пляжа Уайкики, — осталось нечто такое, что цивилизация еще не смогла убить: приветливые люди, чудесная природа, где время течет незаметно. Я покидаю этот рай и возвращаюсь в город с его шумом и телефонными звонками, возвращаюсь к клиентам, которые будут лгать мне и в то же время требовать, чтобы я честно защищал их интересы. И ты не поверишь, Делла, я никак не дождусь, когда вернусь туда....
Впервые опубликована в журнале «Вокруг света» (1962, № 5). Была включена в первый сборник повестей и рассказов «Зажгите костры В океане» (Магадан, 1964). Впоследствии документальная часть этой повести была использована автором при написании повести «Два цвета земли между двух океанов», «Дневник прибрежного плавания» (гл. «Серебряная гора») и рассказа «Гора из чистого серебра», изданного посмертно в альманахе «Ветер странствий», 1975, N2 10. В первоначальном виде она была включена только в «Избранное» (в трех томах) (Магадан, Книжное изд-во, 1994). Герои повести, молодые парни, искали Пильхуэрти-Нейку, что в переводе с чукотского означает «загадочно не тающая мягкая гора», почти сплошь, как утверждает легенда, состоящая из самородного серебра. Повесть вызвала резкую критику после публикации, и далее не переиздавалась до самого последнего времени. Включена в издание Куваев О. Сочинения в 3-х т, т.2, 2005.
Кизия Сен — Мартин была истинной принцессой американского высшего света, но этого оказалось недостаточно для сильной, независимой женщины. Кизия пробивает себе дорогу в журналистике — и, по роду профессии, сталкивается с двумя мужчинами: бесшабашным политиком — леваком Люком и его близким другом, мексиканцем Алехандро. Оба новых знакомых влюбляются в Кизию с первого взгляда, она же страдает, не в силах сделать выбор…
Перевод на русский язык отвратительный!
Например: «Пожали руки одна другой» (дословный английский) вместо «друг другу», или «не двузначно давала понять» вместо русского «однозначно», или «проделать дыру в цепи влияния» вместо «разорвать цепь» и пр. и пр.
Да и в целом личности, описываемые автором, для Франции, наверное, значимы, а в России широким массам читаталей они малоизвестны или практически неизвестны.
А я прочел только в 2026 году и был так же впечатлен. По старым советским книгам видно мораль и мечты предыдущего поколения. Это то, чего не хватает сегодня. Спасибо дяде Саше за все его прекрасные повествования!
Удивительно что это первый рассказ, но уже в нем есть и стиль и особая атмосфера которая меня всегда зачаровывает у Вадима Шефнера. Мой любимый писатель.
Например: «Пожали руки одна другой» (дословный английский) вместо «друг другу», или «не двузначно давала понять» вместо русского «однозначно», или «проделать дыру в цепи влияния» вместо «разорвать цепь» и пр. и пр.
Да и в целом личности, описываемые автором, для Франции, наверное, значимы, а в России широким массам читаталей они малоизвестны или практически неизвестны.