Случайно сошлись дороги Энни Брайс, захваченной команчами, и бывшего техасского рейнджера Хэпа Уокера. Вырвавшись из плена, Энни живет лишь одной мыслью – найти свою маленькую дочь. За короткое время их знакомства Хэп понял, как дорога ему эта хрупкая, отважная женщина, и готов на все, чтобы избавить любимую от боли и ужаса пережитого.
Сколько времени прошло, а я все еще не могу привыкнуть к новому своему состоянию. Всего одно выступление, и вся. жизнь кувырком. В будущем наверняка такие случаи будут исключены. Как? Например, так. Все выступления заранее записываются на магнитофон. Так что на трибуне можешь болтать, что угодно. Все равно никто не услышит. Услышат только магнитофонную речь. Причем, не обязательно твою. Ты кривляешься на трибуне, а в зал доносятся речи какой-нибудь старой беззубой сплетницы. Эффект потрясающий. Или, допустим, ты уезжаешь в командировку, а твою речь включают тогда, когда на трибуну залезает ведущий прохвост и кретин учреждения. И все довольны....
И. Варшавский известен читателям по книгам "Молекулярное кафе", "Человек, который видел антимир" и "Солнце заходит в Дономаге". "Лавка сновидений" — сборник повестей и рассказов, написанных в том же жанре, который лишь условно можно причислить к научной фантастике. Автор не занимается прогнозированием достижений науки, предоставляя это делать ученым. Его интересуют моральные, этические и социальные проблемы, связанные с научным прогрессом. Многие из его рассказов полемичны. Иногда — это полемика с теми буржуазными социологами, которые видят в тотальной автоматизации панацею от бед капиталистического строя, иногда с теми, кто бездумно стремится все кибернетизировать, не останавливаясь даже перед вмешательством в биологическую сущность человека, а иногда и с некоторыми собратьями по перу, считающими, что все земные проблемы будут сами собой решены при установлении контактов с внеземными цивилизациями. Здесь читатель найдет рассказы и смешные и грустные."Евангелие от Ильи" — это пародия на современное мифотворчество, пытающееся представить Христа в качестве космического пришельцаПоследний раздел книги во многом автобиографичен. Это — воспоминания автора, в прошлом — моряка и инженера-судостроителя.
«Мейчен никогда не писал для того, чтобы кого-то поразить, он писал потому, что жил в странном мире и прекрасно это чувствовал и осознавал» — отмечал Х.Л. Борхес.«Алхимия слова», которой он владел во всей полноте, позволяла ему оживлять на страницах своей прозы замутненные, полустертые временем образы давно забытых легенд и традиций, чересчур схематичные формулы «тайноведения», превращая их в «живое чудо». Чудо, которое «исходит из души».
Хорошо здесь написано: «Если вам чего-то очень уж хочется, — поучал мудрейший из схоластов, — сделайте это непременно и не сверяйте своих поступков с евангелиями. Не будьте дураком и ловите свой шанс!». Это абсолютно правильно.
