Как хорош язык Жоржи Амаду! Ровный и мягкий, певучий и сильный. Каждое предложение, как морская волна, накрывает тебя с головой соленой жизнью далеких земель. Эта книга — как поэма без рифмы, как песня, что их распевают жены моряков на бразильских побережьях.Эта поэтичность — жемчужина книги. Она разворачивает простые и трагичные истории из жизни баиянских моряков другой стороной, раскрывая сказочное их значение, причем реальность уходит на второй план. Нищета и тяжелый труд, горе жен, чьи мужья навсегда остались в море, — каждодневные трудности людей моря, но книга не об этом. Книга о надежде этих людей на чудо, и завершается она чудом.Рекомендуется к прочтению ценителям поэзии, потому что назвать этот роман прозой невозможно.
Сборник «Мертвые боги» составили рассказы и роман, написанные А. Амфитеатровым в России. Цикл рассказов «Бабы и дамы» — о судьбах женщин, порвавших со своим классом из-за любви, «Измена», «Мертвые боги», «Скиталец» и др. — это обработка тосканских, фламандских, украинских, грузинских легенд и поверий. Роман «Отравленная совесть» — о том, что праведного убийства быть не может, даже если внешне оно оправдано.
Это второй, после «Я заплюю ваши могилы», роман, вышедший в 1948 году под псевдонимом «Вернон Салливен», осужденный в 1950 и отправленный на костер вместе с первой книгой. В высшей степени характерное для Салливена произведение: роман, отвергнутой по соображениям морали, граничащей с глупостью.Секс, кровь, смерть — как в любой великой книге, заслуживающей уважения.И много остроумия — ведь книга написана Борисом Вианом.
Подарочное издание в стильно оформленном кожаном переплете с рельефным тиснением. Гоголь не просто писатель, пророк, несовершенный и гениальный. Гоголь больное, болезненное самосознание России. Гоголь кривое зеркало такой силы, что искажается не только изображение предмета, но и сам предмет. Но в этом зеркале отражается истина. Гоголь в одном лице явил России Демокрита, не умевшего сдержать смех при виде людей, и Геркалита, всегда плакавшего по тому же поводу. Но Гоголю достался божественный дар слова Гомера, и потому мы тоже можем смеяться и плакать вместе с ним, если сумеем подняться до этого смеха и этих слез. Текст печатается в редакции академика Н.С. Тихонравова по изданию А.Ф.Маркса 1893 года. Издание включает в себя произведения российских художников прошлых веков, портреты Н.В. Гоголя, иллюстрации из лучших российских и зарубежных изданий Мертвых душ, раннюю и позднейшую редакции второго тома, приложения: предисловия из первых изданий, молитвы о создании...
Подарочное издание в стильно оформленном кожаном переплете с рельефным тиснением. Гоголь не просто писатель, пророк, несовершенный и гениальный. Гоголь больное, болезненное самосознание России. Гоголь кривое зеркало такой силы, что искажается не только изображение предмета, но и сам предмет. Но в этом зеркале отражается истина. Гоголь в одном лице явил России Демокрита, не умевшего сдержать смех при виде людей, и Геркалита, всегда плакавшего по тому же поводу. Но Гоголю достался божественный дар слова Гомера, и потому мы тоже можем смеяться и плакать вместе с ним, если сумеем подняться до этого смеха и этих слез. Текст печатается в редакции академика Н.С. Тихонравова по изданию А.Ф.Маркса 1893 года. Издание включает в себя произведения российских художников прошлых веков, портреты Н.В. Гоголя, иллюстрации из лучших российских и зарубежных изданий Мертвых душ, раннюю и позднейшую редакции второго тома, приложения: предисловия из первых изданий, молитвы о создании...
Том второй, написанный Николаем Васильевичем Гоголем, им же сожжённый, вновь воссозданный Юрием Арамовичем Авакяном и включающий полный текст глав, счастливо избежавших пламени.
Герой этой книги живет в пути, как герои Керуака. Дорога — это краеугольный камень его бытия. Каир, Нью-Йорк, Москва, Киев, Пекин, Каракорум, Стамбул, Венеция, Лондон — новые впечатления, новые люди, чужие жизни, история и современность сменяют друг друга в головокружительной пляске. Еще одна страна, еще один город — кажется, вот-вот сложится паззл и ты поймешь что-то важное…
В полночь была перехвачена немецкая радиограмма. При свете керосиновых ламп её расшифровали. Это был приказ командующего группой, посланный вдогон. Немцы меняли направление танкового удара....
Эжен Савицкая (р. 1955) — известный бельгийский писатель, автор причудливой прозы, в сюрреалистических образах которой не ведающая добра и зла энергия детства сливается с пронизывающими живую и неживую природу токами ищущих свой объект желаний, а заурядные детали повседневного быта складываются в странный, бесконечно мутирующий мир.В сборник включены избранные произведения писателя.
Кажется немыслимым, чтобы бедный драчун «компадрито» из пригорода Буэнос-Айреса, начинавший как гаучо, стал главарем контрабандистов. Смог ли пройти этот путь Бенхамин Оталора?
В предлагаемый читателям сборник одного из крупнейших иранских писателей Эбрахима Голестана вошло лучшее из написанного им за более чем тридцатилетнюю творческую деятельность. Заурядные, на первый взгляд, житейские ситуации в рассказах и небольших повестях под пером внимательного исследователя обретают психологическую достоверность и вырастают до уровня серьезных социальных обобщений.
В первый день я начал свою деятельность с того, что два часа смотрел на море и пытался своими пристальными взглядами смутить пограничную стражу. Покончив с этими важными занятиями, я уселся у одного из двух окон моей комнаты, намереваясь сделать нечто отчаянное в области литературного творчества и сочинить главу неслыханного совершенства, — с каковой главой настоящий очерк не имеет ничего общего....
Кен Нотт работает на лондонской радиостанции «В прямом эфире — столица!» и в выражениях себя не стесняет — за то ему, собственно, и платят. Угрозы в свой адрес он коллекционирует, а наиболее выдающиеся вешает на работе на стенку. Но когда происходит то, что можно трактовать как попытку покушения на его жизнь, даже он вынужден отнестись к этому серьезно: что, если мистер Мерриэл, один из королей столичного преступного мира, прознал о том, что жена, красавица Селия, ему изменяет? Что, если все меры предосторожности, которые она принимала, оказались недостаточны и теперь Селия с Кеном в страшной опасности? Что, если джеймс-бондовские часы со спутниковой антенной не помогут?..Самый творческий британский писатель своего поколения.У Бэнкса вышел роман с двойным дном — глубоко сатирический и наводящий на размышления триллер, который заставит вас смеяться и испытывать ужас одновременно.Захватывающее чтение.Это ослепительно умная, резкая, тревожная книга.
«Мертвый язык» — новый роман культового петербургского писателя. Мастерство и цветистость прозы, необычность сюжета, мягкий юмор и удивительный оптимизм — фирменные знаки этого признанного и любимого многими автора.О чем этот роман? О любви и ненависти, о тщете желаний, о надежде и осознании ее иллюзорности, о мире, у которого вышел срок годности. Корни героев тоскуют по райской земле, но действительность катастрофична даже тогда, когда надевает маску благополучия и процветания. Попытки героев вернуть обществу зрелища статус реальности, вновь обратить клюквенный сок в горячую кровь, раз за разом терпят поражение. Но найденный ими «душ Ставрогина», природа которого так до конца и остается не постигнутой, дает им шанс в образе перволюдей вновь обрести эдем. Такая история. Надо сказать, довольно запутанная…
Сэмюэл Беккет (1906–1989) – один из самых известных представителей авангардной литературы двадцатого века, лауреат Нобелевской премии 1969 года. По насыщенности слова его сравнивают с Джойсом, а по умению показать тщету и безысходность человеческого существования – с Кафкой.Творчество Сэмюэла Беккета – это поразительное сочетание рациональной иррациональности и творческой свободы, обузданной могучим и трезвым рассудком. Как человеку справиться с пониманием того, что его забросили в этот мир без его согласия, и какова глубинная природа нашего «я» – таковы вопросы, волнующие писателя.На первый взгляд герои романа «Мерфи» выглядят бездельниками и моральными уродами, хотя, в сущности, это обычные люди, подобные тем, с которыми мы сталкиваемся ежедневно. Беккет лишь намеренно доводит до абсурда их мотивы и побуждения, не чуждые каждому из нас, искусно фокусируя внимание на отдельных сторонах личности. Как и в других его романах, здесь высокая трагедия неожиданно превращается в фарс, увлекая забавными ситуациями и неожиданными развязками…
Мистер Вэнкерк много месяцев подряд боролся с чахоткой и подвергался месмерическому воздействию, чтобы избавиться от страданий. Еще раз подвергнувшись этому воздействию, он хочет решить для себя вопрос о бессмертии души.
